Освободит ли коронавирус от ответственности по договору? Совет юриста

Арбитр отделения Арбитражного центра РСПП в Новосибирске Михаил Морозов рассказал о нюансах освобождении от ответственности по договору по причине форс-мажора (читай — коронавируса) в условиях пандемии.

 

В связи с обострением ситуации с распространением коронавируса в России, возникает много вопросов у российских компаний об освобождении от ответственности по договору по причине форс-мажора. Применение такой оговорки в реальности имеет множество ограничений. Даже при наличии реальной эпидемии не стоит думать, что освобождение от ответственности произойдет достаточно легко.  

 

Для начала стоит четко понять, что такое форс-мажор и каковы условия освобождения от ответственности в связи с ним. Понятие форс-мажора закреплено в пункте 3 статьи 401 ГК РФ. Сама же статья регулирует освобождение от ответственности за нарушение обязательства. Понятие форс-мажора дано следующее:

Правовая доктрина и судебная практика исходит из того, что наступившее обстоятельство стороны не могли разумно предусмотреть и не могли предотвратить, т.е. это обстоятельство находилось вне их воли. Кроме того, стоит учесть то, что не признается форс-мажором отсутствие товара, услуги на рынке или отсутствие денежных средств у должника, а также неисполнение своих обязательств со стороны контрагентов. Понятие форс-мажора или условия его применения могут быть предусмотрены договором сторон.  

 

Таким образом, для того, чтобы то или иное обстоятельство можно было считать форс-мажором для сторон, необходимо наличие следующих элементов:  

Применительно к ситуации с короновирусом следует еще разграничивать два варианта влияния короновируса на ситуацию: невозможность исполнения обязательства вызвана собственно короновирусом (болезнь работников) и его влиянием на деловую жизнь или введенными государством мерами и ограничениями.  

 

Стоит отметить, что понятие форс-мажора применяется к конкретным обязательствам, а не к договору в целом. Каждый договор имеет несколько встречных обязательств, как основных, так и дополнительных. Применять понятие форс-мажора следует к каждому конкретному обязательству, выясняя, повлекло ли возникшее обстоятельство невыполнение данного обязательства. Теперь попробуем применить эту конструкцию к конкретным обстоятельствам и конкретной сделке. 

 

Например, есть договор поставки, в котором основное обязательство — произвести поставку, встречное — произвести оплату. Момент заключения договора будет ключевым, для определения могли ли стороны предвидеть последствия. Если договор был заключен после того, как началась вспышка вируса, то достаточно сложно говорить о том, что это обстоятельство стороны не могли предусмотреть. В таких условиях сторона не может ссылаться на непредвиденность наступления обстоятельства.  

 

Следует поставить вопрос и о том, является ли вспышка короновируса действительно непреодолимым препятствием для исполнения данного конкретного обязательства и могла ли сторона повлиять на его наступление? Для этого необходимо оценить, насколько прямая связь между неисполнением конкретного обязательства и наступившими обстоятельствами. В случае с поставкой товара непосредственно из страны, в которой введены запретительные меры, можно признать наличие форс-мажора. А вот если товар собирается из деталей, только часть которых поставляется из такой страны, то вывод о наличии форс-мажора уже не так очевиден.

 

Дело в том, что не считаются форс-мажором обстоятельства, относящиеся к предпринимательскому риску, в том числе и неисполнение обязательств вашими контрагентами.

 

Еще более маловероятным, будет признание форс-мажором невозможности оплаты товара, даже при условии, что вся выручка предприятия формируется за счет товаров поставляемых из страны с административными ограничениями. Например, предприятие работает с Китаем и в связи с карантином, его поставщик перестал ему отгружать продукцию. В его отношениях с китайским поставщиком наличие форс-мажора будет признано, а вот не оплата за аренду цеха, который не может работать в связи с отсутствием китайских комплектующих, форс-мажором признана не будет.  

 

Важным моментом является то, что признавать форс-мажором. Если государством были официально введены административные ограничения, то именно они и будут признаны форс-мажором, а не собственно эпидемия. В этом случае, существует самая высокая вероятность признания такого обстоятельства форс-мажором, поскольку есть объективное препятствие к выполнению своих обязательств. Т.е. это событие не находится под контролем должника.

 

Если же официально административные ограничения не введены, но есть рекомендация, связанная с приостановкой работы в условиях скопления людей или эпидемия фактически существует и препятствует производственному процессу? В случае с рекомендацией, будет достаточно сложно доказать форс-мажор, поскольку условие о том, что чрезвычайное событие вне контроля должника не будет соблюдено. У должника есть выбор, воспользоваться рекомендацией или вести обычную деятельность пусть и в условиях повышенного риска.

 

Доказать что собственно эпидемия сделала невозможным выполнение обязательства можно, но сбор доказательств о невозможности устранить проблему разумными усилиями будет крайне затруднительно. Применительно к внешнеторговым контрактам функцию такого доказательства выполняет сертификат ТПП РФ о форс-мажоре. Для внутренних договоров этот способ не приобрел широкого распространения, но теоретически может быть осуществлен, хотя и не с помощью сертификата. 

 

Пытаясь использовать правило об освобождении от ответственности по причине форс-мажора сторона должна доказать, что не могла преодолеть обстоятельства, прилагая разумные усилия для исполнения своего обязательства. Например, поставить товар с использованием других комплектующих, задействовать другие логистические цепочки. То есть, в каждом конкретном случае необходимо установить наличие каждого из элементов форс-мажора, применительно к фактическим обстоятельствам дела. В любом случае, желая доказать наличие форс-мажора, сторона должна доказать, что у нее не было альтернативных вариантов замены выбывшего элемента производственной цепочки, пусть даже и влекущее увеличение себестоимости. 

 

Следует также учитывать временный характер ситуации с коронавирусом. Соответственно, если есть длительные отношения, то форс-мажор лишь на определенное время освободит от исполнения обязательства, но не прекратит его совсем. Это не касается лишь случаев, если имеет место сезонная поставка или поставка к строго определенному случаю, по наступлению которого, интерес к исполнению будет утрачен.  

 

Помимо описанных условий, следует учитывать и положения договора, который может устанавливать дополнительные элементы форс-мажора, предусматривать сроки действия непреодолимой силы, дополнительное ограничение ответственности и распределение рисков между сторонами в случае наступления обстоятельств непреодолимой силы.  

 

В качестве общего вывода можно сказать, что влияние вспышки коронавируса на деловую жизнь России начинает существенно возрастать, в том числе и в сугубо российских отношениях. Однако, оговорка об освобождении от ответственности не получит массового распространения, за исключением некоторых сфер, тесно связанных с внешнеэкономической деятельностью.