Андрей Никитин: «Бизнес борется с бюрократией...»

 

Потом был «Тверьстеклопластик». Это был очень тяжелый для меня опыт— мы пришли туда в кризис, в какой-то момент все клиенты от этого предприятия отвернулись. Работники связали это с нашим появлением, и мне пришлось много сил потратить на то, чтобы убедить их: мы не хотим из завода рынок делать. Нам это удалось: один из наших продуктов, пешеходный мост из композитов,— это не копирование того, что есть в мире, это наше ноу-хау.

 

Но мой опыт не только в этом. Я отлично знаю, что это такое— по полтора года подключать электричество на новом объекте, согласовывать различные экспертизы, нормативные акты. Общая же длина инвестиционного коридора может составлять три года— это, мягко говоря, утомительно.
Год назад я подошел к точке: на преодоление подобных барьеров я тратил две трети рабочего времени — вместо того чтобы заниматься развитием и ростом компании. Если верить социологическим опросам, четверть наших сограждан задумывались о том, чтобы уехать из России. Признаюсь, меня тоже посещали такие мысли. Но я считаю, что это неправильно. Считаю, мы должны что-то изменить в собственной стране. Я лично должен это сделать. Именно это и привело меня к тому, что я отправил заявку на конкурс по выбору руководителя АСИ. Я здесь для того, чтобы ломать административные барьеры.

 

На первый взгляд справиться с этими барьерами— достаточно простая вещь. Но на самом деле придется делать все последовательно, постепенно. Мы в АСИ разработали алгоритм, как это будем делать.

 

Во-первых, мы в агентстве отбираем перспективные проекты среднего бизнеса. Для того чтобы поддержать такие проекты, помогаем их инициаторам работать с институтами развития— ВЭБ, «Сколково», РОСНАНО, Российской венчурной компанией. Мы хотим, чтобы поддержку гос­институтов развития получали реальные предприятия, ориентированные на результат, который можно измерить: увеличение производительности, налоговых поступлений, оборота, выручки и прибыли. Я говорю об измеримости результата потому, что у нас в стране уже сформировалась категория профессиональных грантополучателей, а я считаю, это не та ситуация, к которой надо стремиться.

 

Во-вторых, помогая компаниям преодолевать бюрократические барьеры, мы не хотим создавать преференции одним в ущерб другим. Наш принцип— чтобы барьеры отменялись для всех участников отрасли, рынка. Фактически наша задача здесь— формировать условия для отраслевых прорывов в тех областях, которые наиболее конкурентоспособны.

 

Третье. Мы идем в регионы. Очень часто у нас хорошие начинания московского начальства в Москве и заканчиваются. Мы уже создали первую в стране точку опоры— в Екатеринбурге. Это один из лучших российских регионов для ведения бизнеса. Мы будем обобщать всю позитивную практику, которая есть на Урале, чтобы сделать освоенные там инструменты помощи доступными для всей страны. Ведь эти инструменты не придумали, их сама жизнь создала, и они есть не только в Екатеринбурге, но и в Казани, Калуге, других городах.

Если бы люди ждали, когда растает Северный Ледовитый океан, никакого освоения Арктики не произошло. Но люди построили первый ледокол, потом второй, третий, двадцатый — и Арктика была освоена. Надеюсь, Агентство стратегических инициатив станет тем ледоколом, который сломает лед бюрократии и коррупции у нас в стране.