Что страшнее — рост госдолга или коронавирус? Мнение эксперта НГУЭУ

Канд. экон. наук, доцент кафедры финансового рынка и финансовых институтов Новосибирского государственного университета экономики и управления Эдуард Коложвари

Считаю вопрос сравнения роста госдолга и эпидемии не совсем корректным. В результате увеличения госдолга мы получаем изменение бухгалтерских записей по соответствующим счетам. Это всего лишь деньги, инструмент в руках человечества. Распространение болезни ведет к страданиям и гибели сотен тысяч людей. Чтобы не погибли миллионы, власти всех стран призывают к самоизоляции и ограничивают передвижения и любые активности.

Постольку, поскольку рыночный механизм очень сильно нарушен государством, оно должно участвовать в распределении непосредственно, прямым образом принимая на себя возникающие проблемы общества. Незапланированные дополнительные денежные потребности государство может удовлетворить за счет программы заимствований.  Не хочу комментировать американские проблемы, но Россия скорее всего тоже вынуждена будет выходить на рынок заимствований. РФ относительно неплохой заемщик: в стране сейчас здоровые финансы и невысокий уровень долга.  Проблема в том, что внешние рынки для нас закрыты санкциями, хотя спекулятивные инвесторы умеют их обходить. Занимать скорее всего придется внутри страны, но кредиторам это даже на руку — других инвестиционных идей подобной надежности в стране пока немного.

Самая главная экономическая проблема — не допустить развала производственных связей и отношений, не довести население до голода. Прогнозировать полное оживление экономической и социальной активности можно только в связи с появлением вакцины от этой болезни.

После эпидемии мы будем какое-то время иметь более осторожную модель физиологического и экономического поведения: фигурально выражаясь, мыть руки и откладывать средства на черный день.

В корпоративном секторе ждем волны банкротств от значительной части хозяйствующих субъектов и проблем у их кредиторов. Вместе с тем, можно ожидать скорого восстановления к докризисному уровню — ведь производственные активы не пострадали.